Психология » Безумие. Состояние вопроса
Безумие. Состояние вопроса
Страница 3

Возможно ли как-нибудь привести в соответствие наши рассуждения о глобальной культурной транзитивности, переходности болезненного мира (как пространства между бытием и небытием) и локальных переходных зонах между здоровьем и нездоровьем (это явление имеет место не только в психиатрии)? Возможно. Во-первых, мир делим и делим до бесконечности. Во-вторых, переход из одного качества в другое вне зависимости от масштаба рассматриваемого явления, согласно Гегелю (постмодернизм не выходит за пределы диалектики), происходит в результате скачка, и скачок, являясь всеобщей формой перехода от одного качественного состояния к другому, представляет собой сложное диалектическое состояние: единство бытия и небытия, когда прошлого качества уже нет, а нового ещё нет и, одновременно, прежнее качество ещё есть, а новое – уже есть. Скачок – замена отмирающих качественных определённостей новыми качественными состояниями, специфическое разнообразие которых обусловливает бесконечное многообразие форм перехода [2]. Сегодня мы можем наблюдать одновременное равноправное (стремящееся к этому) сосуществование самых различных форм идентификаций. И даже более того, постмодернизм предлагает принять как объективную реальность существования разных идентификаций (пусть даже самых «безумных») вне какой-либо соразмерности и изучать локальные процессы и единичные факты без попыток объединить их в единую систему посредством универсального детерминизма. Разумеется, это потребует и совершенно новой методологии.

В отсутствие критериев психического здоровья актуализируется и сакраментальный вопрос «А судьи кто?». Соматодисфункции, личностные и межличностные проблемы, профессиональное выгорание и т. п. лишает оценку больного психиатром объективности. Постулат об объективности врача сегодня тоже не так уж непоколебим. Так, ещё З. Фрейд ставил под сомнение оправданность «непредвзятости» при лечении, например, паранойи [14].

Современная психиатрия активно и небезуспешно пользуется средствами и методами из арсенала традиционной клинической медицины для решения проблем, постоянно возникающих в зоне перехода:

- актуализация «не-нормы» (патологии) в качестве «другой» нормы, нормы в другом масштабе, в другом месте, как возможного прошлого или будущего нормы. Так, реабилитация и социализация больных – довольно значительный аспект психиатрической помощи;

- игровое (в философском понимании термина) освоение пространства с опорой на Метод, Систему и Событийность (что, безусловно, требует дисциплинированного разума). В РФ, как и в большинстве стран цивилизованного мира, психиатрия включена в систему и широко пользуется методами академической нозологической медицины, рассматривающей врача и его пациента Со-Бытийно;

- активное применение средств ритуально-языкового арсенала и законов пространственных распределений (гомо-, пара-, транс- и пр.- логичных). Пример тому – организация медицинской помощи психическим больным, структура, учёт и контроль этой самой помощи по образу и подобию соматической медицины;

- опора на традиции, в частности, на мёртвый язык – латынь, в котором уже гарантированно, в силу его нежизнеспособности, не могут отразиться никакие воплощения транзитивности [7].

Есть только две принципиальных возможности решения любой проблемы:

1) в пределах традиционной логики Логоса. Академическая психиатрия идёт этим путём уже не одно столетие. Огромный клинический опыт, накопленный за это время, постоянно тщательно, разносторонне и методически анализируется, сортируется, группируется, классифицируется. То есть – систематизируется в надежде на то, что познание каким-то образом само синтезирует истину. Конечно, метод (исчерпывающее описание данного объекта, сопоставление его с другими объектами, дополняющее его другими характерными признаками, образующими совокупность признаков) и система (определяет нозологические роды и виды менее произвольным набором признаков, опуская те признаки, которые им противоречат) формируют новый опыт болезни, в ходе которого конкретный больной присоединяется к общей формуле научного протокола, а частный клинический случай становится эпизодом клиники, частью познания. Однако, познание – процесс, тогда как истина – сущность. Или – почти сущность (в классической концепции истинным считается то, что соответствует реальному положению вещей). Как бы нам этого ни хотелось, процесс не может заменить или сам по себе сформировать сущность. Познание может приблизить нас к истине, но только в том случае, если истина располагается в пределах данной парадигмы и отвечает всем её критериям, то есть – «исторична, целостна, детерминирована» [11]. А если - нет? Современная психиатрия являет нам несомненные отдельные примеры историзма, но никак не целостности, и уж менее всего – детерминированности, увы. В таком случае остаётся искать решение

Страницы: 1 2 3 4 5 6


Особенности различных видов деятельности в условиях органического поражения ЦНС
В дошколь. возрасте у ребёнка в норме разв-ся: игровая, изобразительная, конструктивная, элементы трудовой деятельности. К концу дошколь. возраста начинают сказываться и элементы учебной деятельности. Из-за органического поражения ЦНС фор ...

Результаты, полученные с помощью методики «ценностных ориентаций» М. Рокича
Следующей нашей задачей был анализ ценностных ориентаций у сотрудников и заключенных колонии. С помощью методики «ценностные ориентации» М. Рокича мы выясняли важность ценности свободы, и какое место наши испытуемые ей отдают в своей жиз ...